Три историографа Петра Первого

В первой половине XIX в. русская журналистика не могла похвастаться большим количеством периодики, поэтому неудивительно, что литературный круг журнальных сотрудников был довольно небольшим. Многие были знакомы, частично их деятельность пересекалась. Иногда совпадали не только издательские, но и интеллектуальные планы. Так случилось с тремя журналами и тремя издателями: с «Отечественными записками» П. П. Свиньина, «Московским телеграфом» Н. А. Полевого и «Современником» А. С. Пушкина. Все трое, не сговариваясь, задумали создать эпохальную историю Петра Великого.
П. П. Свиньин
Н. А. Полевой
А. С. Пушкин
Свиньин начал писать историю Петра с 1825 г.
Пушкин официально стал заниматься историей Петра с 1831 г., но первые высказывания о царе-реформаторе в пушкинских текстах встречаются еще в 1822 г. Крупнейшее на тот момент опубликованное исследование — многотомные «Деяния Петра Великого, мудрого преобразителя России» И. И. Голикова (М., 1788−1789) — Пушкин начал внимательно читать в 1825 г. в Михайловском
Полевой приступил к написанию истории Петра Великого позже всех, с 1836 г., хотя и раньше много занимался российской историей
Наиболее успешная с точки зрения завершения работы история Петра связана с именем Николая Полевого, который в 1843 г. опубликовал четыре тома. В этой «Истории Петра Великого» нет неопубликованных документов: Полевого, в отличие от Пушкина, не допустили к работе в архивах, и это сильно снизило ценность научного труда.
Павел Свиньин по своим историческим наработкам опубликовал лишь письмо в «Северной пчеле» и выступил с несколькими докладами. В конце 1829 г. Свиньин обещал:
Письмо П. П. Свиньина к его превосходительству А. И. Михайловскому-Данилевскому, об Истории Петра Великого, им составляемой. Богородское, 10 ноября 1831 // Северная пчела. 1831. № 276. 4 декабря. С. 3−4.
«„Отечественные записки” в следующем 1830 г. ознакомят читателей и с шестилетним трудом издателя, трудом, наполняющим всю его душу и воображение, составляющим все его честолюбие, трудом, бывшим одним из предметов и побуждений для поездок его по России, одним словом — с Историею царствования Петра Великого, которая приводится им к окончанию»
Свиньин П. П., русский писатель, издатель, журналист и редактор, художник, историк
Свиньин П. Объявление о продолжении «Отечественных записок» в 1830 г. // Отечественные записки. 1829. Часть 39. Книга 3. № 113. Сентябрь. С. 497.
Но обещание так и не было выполнено. Первая серьезная публикация — очерк о Нарвской битве — увидела свет лишь в мае 1839 г., но Свиньин скончался раньше, в апреле этого же года. Сегодня, как считает А. И. Сапожников, «известно местонахождение только первой части рукописи». Пушкинская «История Петра Великого» не была закончена. Уже после смерти поэта рукопись была Высочайше запрещена, позже утеряна; первая частичная публикация принадлежит П. В. Анненкову в 1855 г.
Сапожников А. И. Письма П. П. Свиньина к А. И. Михайловскому-Данилевскому (1830–1837) // Пушкин: Исследования и материалы. Т. XVI/XVII. СПб., 2004. С. 430) — в рукописном отделе РНБ.
Заочное соревнование трех историографов Петра Великого привлекло внимание И. С. Сидорова, члена Пушкинской комиссии ИМЛИ РАН, научного сотрудника ГМИИ им. А. С. Пушкина. Игорь Саввич Сидоров рассмотрел опубликованную переписку, мемуары и архивные документы, связанные с тремя вариантами истории Петра Первого.
Рассматривались исторические взгляды этих литераторов по отдельности. Это, прежде всего, исследование И. Л. Фейнберга «Незавершенные работы Пушкина», где автор протестовал против устоявшейся трактовки пушкинской «Истории» как расширенного конспекта книги Голикова:
«Общие контуры его великой книги были уже ясны: в ней различимы пушкинская обрисовка эпохи и создаваемый им новый образ Петра»
Фейнберг И. Л., советский писатель, военный журналист, литературовед, филолог-пушкинист
Фейнберг И. Незавершенные работы Пушкина. М., 1979. Изд. 7-е. С. 180.
Петровская тема в пушкинском наследии изучалась Д. Н. Крыстевой, А. П. Лисуновым и др. Мне неизвестны специальные работы о П. П. Свиньине как о русском историке, в отличие от книги о нем как исследователе Америки. Н. А. Полевому повезло больше: его, как историка Петра Великого, отметил Н. Г. Устрялов (правда, довольно пренебрежительно).
Устрялов Н. История царствования Петра Великого. СПб., 1858. Т. I. С. L.
«Мысль о составлении истории Петра подана Полевому Бенкендорфом, очень неохотно встретившим разрешение государя Пушкину писать на ту же самую тему»
Лемке М. К., российский историк русской журналистики, цензуры и революционного движения
Лемке М. Николаевские жандармы и литература 1826–1855 г. По подлинным делам Третьего отделения собств. Е. И. Величества канцелярии. Изд. 2. СПб., 1909. С. 102.
Потенциальной конкуренции Пушкина и Полевого посвятил прекрасный роман С. А. Лурье; Е. А. Соловьев написал статью о М. П. Погодине и Полевом именно как об исследователях эпохи Петра Великого и пр.
Лурье С. Изломанный аршин. Трактат с примечаниями. СПб., Пушкинский фонд, 2012.
Соловьев Е. А. «Великий революционер» или «Довершитель»: мифология петровских деяний в трудах историков эпохи Николая I (Н. А. Полевой и М. П. Погодин) // Вестник РУДН. Серия: История России. 2004. № 3. С. 167−174).
КАК РЕЗУЛЬТАТЫ ИССЛЕДОВАНИЙ ОТРАЖАЛИСЬ в ЖУРНАЛАХ?
Давайте попытаемся проанализировать, как результаты работы издателей отражались в их журналах. Для этого я просмотрела двенадцать номеров «Отечественных записок» за 1829 г., девятнадцать номеров «Московского телеграфа» за 1833 г. и четыре номера «Современника» за 1836 г. Это не совсем сопоставимо (разные годы, объемы и периодичность), но надо было изучить законченный годовой цикл для каждого издания; ориентироваться же пришлось на пушкинский «Современник».
Раз Пушкин подготовил только четыре части «Современника» за 1836 г., получилось, что нужно взять по одному году каждого журнала. Кроме того, в 1830 г. выпуск «Отечественных записок» был приостановлен; в 1834 г. «Московский телеграф» был закрыт.
Поэтому было взято по полному году выпуска каждого издания накануне принципиальных перемен для положения журналов
За три года издания в трех журналах было обнаружено 64 текста, которые как-то касались образа Петра Великого. При этом учитывались любые тексты: и те, где Петр был основной фигурой, и те, где Петр лишь упоминался. Тексты продолжающиеся считались в каждом номере за самостоятельную публикацию. У журналов Свиньина и Полевого количество публикаций, относящихся к Петру Великому, примерно одинаково (27 и 28 соответственно); в пушкинском «Современнике» таких обнаружилось 9.
«Отечественные записки» Свиньина
«Московский телеграф» Полевого
«Современник» Пушкина
27
28
9
Количество публикаций, в которых упоминался Петр I
Авторский состав
Начнем рассматривать тексты с авторского состава:
В «Отечественных записках» было выявлено семь авторов:
  • по одной статье опубликовали Должников, П. Кудряшов, Ст. Руссов, по две — М. Н. Мясников и И. Сбитнев
  • В. П. Бурнашову принадлежит пять статей
  • издатель опубликовал десять статей
  • пять публикаций не имеют подписи и не атрибутированы (т. е. до сих пор непонятно, кто был автором)
В «Московском телеграфе» есть шесть подписей:
  • по одной статье опубликовали И. Лазарев, М. Макаров, А. Мейендорф, К. А. Полевой и П. П. Сумароков
  • издателю принадлежит четыре материала
  • 19 публикаций не имеют подписи и не атрибутированы
В «Современнике» все тексты либо подписаны, либо атрибутированы:
  • по одной статье опубликовали П. Б. Козловский, кн. В. Ф. Одоевский, бар. Е. Ф. Розен, С. И. Стромилов, А. И. Тургенев
  • перу Пушкина принадлежат четыре публикации
«В целом видно, что ведущие публикации принадлежат именно перу издателей. Это естественно, потому что издатель формирует облик журнала. Кроме того, я предполагаю, что большая часть неатрибутированных и неподписанных текстов и в «Отечественных записках», и в «Московском телеграфе» принадлежала перу либо Павла Свиньина, либо Николая Полевого, но оставим это утверждение пока лишь как гипотезу»
Сонина Е. С., автор курса, кандидат филологических наук, доцент
«Имена» Петра I
Какими словами вводили в тексты фигуру Петра I? Общими являются император, царь, Петр, Петр Первый, Петр Великий; дальше начинаются разночтения:
В «Отечественных записках» можно было прочесть: Бессмертный Петр, великий царь, государь, Невтон-Петр, Петр Алексеевич, победитель шведов, царь Петр Алексеевич
«Московский телеграф» создавал иные способы ввода: Petre weliki, Великий Петр, гений Петра Великого, Петр единственный, преобразователь России, сын Алексея Михайловича
В «Современнике» вариантов было не меньше: Бессмертный Петр, гений Петра, десница Петра, наш Великий
Наиболее пафосно и эмоционально образ Петра Великого вводился на страницах «Отечественных записок» Павла Свиньина. Самым спокойным образом Петр Великий вводится на страницах «Московского телеграфа». В «Современнике» тоже стилистически нейтральная лексика, за исключением поэтических строк о ботике Петра Великого и его рулевом:
Он наш вождь, он наш учитель,
Славы русской он отец,
Царства русского строитель,
Флота русского творец!
Строжилов Семен. 3 июля 1836 г. // Современник. 1836. Том III. С. 257–259).
Тематические блоки
Посмотрим на выявленные тексты, условно разделив их на несколько тематических блоков.
«Отечественные записки»
Больше всего журнал Павла Свиньина вспоминает императора Петра именно в ключе историческом. «Отечественные записки» рассказывают об Азовских походах Петра Великого, о посещении Петром Соловков, о путешествии Петра в Архангельск, о московских мемуарах голландского живописца де Брюина в 1702 г. Памятью о Петре Великом в этом издании стали рассказы о всевозможных реликвиях, связанных с императором.
Павел Свиньин был известным русским коллекционером, и в нескольких номерах была дана роспись его Русского музея, где находилось много живописных полотен, посвященных Петру, скульптур, бюстов, медалей, жетонов и т. д.
Сбитнев Иван. Прогулка по Боспорскому заливу и по берегам Азовского моря в 1820 г. // Отечественные записки. 1829. Часть 37. Кн. 1. № 105. Январь. С. 35−57; Часть 37. № 107. Март. С. 360−382.
Свиньин П. Путешествие в Соловецкий монастырь издателя «Отечественных записок» в 1828 г. // Отечественные записки. 1829. Часть 37. Кн. 1. № 105. Январь. С. 119−151; Часть 37. Книга 2. № 106. Февраль. С. 209−221; Часть 38. Книга 1. № 108. Апрель. С. 59−78.
Свиньин П. Первый день моего пребывания в Архангельске (из живописного путешествия по России издателя «Отечественных записок» в 1828 г.) // Отечественные записки. 1829. Часть 39. Книга I. № 111. Июль. С. 104−128.
В. П. Б-в. Пребывание в России Корнелия Бруина в 1702 г. // Отечественные записки. 1829. Часть 39. Книга 3. № 113. Сентябрь. С. 345−365; Часть 40. Книга 1. № 114. Октябрь. С. 46−66; Часть 40. Книга 3. № 116. Декабрь. С. 395−410.
Краткая опись предметов, составляющих Русский музеум Павла Свиньина 1829 г. // Отечественные записки. 1829. Часть 38. № 110. Июнь. С. 313−376; Часть 39. Книга I. № 111. Июль. С. 3−77.
«Как понять тематический блок „образ Петра Первого как основа для текста"? Это когда текст, казалось бы, совершенно не касается Петровской эпохи и личности Петра, но образ Петра Первого возникает как фундаментальное для этого сочинения понятие»
Сонина Е. С., автор курса, кандидат филологических наук, доцент
Например, в заметке о промышленных выставках шла реплика, что экспозиция должна служить отчетом русских успехов в ремеслах и художествах «за все время их насаждения в России мощною, благодетельною рукою Петра Великого». Или в рассказе о тайном общении Елизаветы Петровны со Швецией (родственные связи не рассматривались как упоминание Петра) с иронией сообщалось:
Выставка российских изделий // Отечественные записки. 1829. Часть 38. № 110. Июнь. С. 436−437.
Усердствующий царевне француз (Шетарди) желал безделицы: чтобы Россия возвратила Швеции все области, Петром Великим покоренные!
Замечания на записки Манштейна о России // Отечественные записки. 1829. Часть 38. Книга 1. № 108. Апрель. С. 18.
В издании Свиньина можно встретить не только пафосную речь «Цветок на гроб Петра Великого», но и постоянные небольшие отступления в текстах на другие темы, рисующие неутомимого труженика на троне. Видно, что «Отечественные записки» больше всего акцентируются именно на историческом аспекте.
В. Б. Цветок на гроб Петра Великого // Отечественные записки. 1829. Ч. 39. Кн. 2. № 112. С. 194−242.
«Московский телеграф»
В «Московском телеграфе», прежде всего, идет упор на литературно-критические публикации. Больше всего имя Петра упоминается, когда разбираются любые литературные произведения как русские, так и иностранные: рецензии на «Бориса Годунова», на французские сочинения, на исторический роман «Княжна Меншикова» и др.
Борис Г. нов. Сочинение Александра Пушкина. СПб., 1831 // Московский телеграф. 1833. Ч. 49. № 1. Январь. С. 139.
Разборы и портреты литературные, соч. К. А. Сент-Бева. Париж, 1832 // // Московский телеграф. 1833. Ч. 49. № 1. Январь. С. 166.
Княжна Меншикова. Исторический роман. М., 1833 // Московский телеграф. 1833. Ч. 50. № 5. Март. С. с. 110−111.
Из рецензий читатель узнавал, что «можно быть гениальным человеком и плохим стихотворцем <…> какие дурные стихи писали великие гении: Ришелье, Петр Великий, Суворов!», что Петр во время посещения Соловков сам пел на клиросе или, «разгулявшись, нередко певал „Чарочку” или „Как во городе было во Казани”».
К. П. О направлениях и партиях в литературе (ответ г-ну Катенину) // Московский телеграф. 1833. Ч. 51. № 12. Июнь. С. 604.
Летописец Соловецкий на четыре столетия… Изд. 3. М., 1833 // Московский телеграф. 1833. Ч. 52. № 16. Август. С. 559−561.
Н. П. Об издании собрания русских народных песен Д. Н. Кашиным // Московский телеграф. 1833. Ч. 53. № 18. Сентябрь. С. 268.
Дважды в критическом отделе Николай Полевой обращался к теме русской истории. Обозревая только что вышедшие исследования Н. Г. Устрялова (и не подозревая, что через четверть века Устрялов тоже обратится к истории Петра Великого), Полевой вычленяет зародившуюся у исторических скептиков странную «мысль, что и самая история древней Руси не заслуживает никакого внимания; что история русская начинается только с Иоанна III-го, а собственно говоря, только с Петра Великого». Опровергая это ложное утверждение, Полевой призывает к всестороннему изучению и пониманию отечественной истории разных эпох.
Н. П. О трудах г-на Устрялова для русской истории // Московский телеграф. 1833. Ч. 49. № 3. Февраль. С. 444.
«…Ибо Петр не создал России, но только дал старому новое, сильное направление»
Полевой Н. А., русский писатель, драматург, литературный и театральный критик, журналист, историк
Н. П. О трудах г-на Устрялова для русской истории // Московский телеграф. 1833. Ч. 49. № 3. Февраль. С. 446.
Продолжая историко-литературные рецензии, Полевой обратился к четырем книгам В. Н. Берха, В. Г. Бергмана и П. И. Сумарокова. Он очень тщательно, подробно и многословно написал о существовавших на тот момент историях Петра. Отказывая книгам Ф. О. Туманского, Д. Феодози, Ф.-М. Вольтера и других в научности, а Бергмана — в оригинальности, Полевой утверждал:
Петр доныне не имел истории, и Истории его, кроме книги Голикова, не было
Н. П. Истории царей Михаила, Алексея и Петра Великого // Московский телеграф. 1833. Ч. 50. № 7. Апрель. С. 380.
Отсылки к образу Петра менее фундаментальны, чем критические способы ввода фигуры царя в текст. Листая «Московский телеграф», можно познакомиться с пафосным утверждением: «Сто лет правительство почерпает силу из Его великого ума», проникнуться патриотическими чувствами солдата, молящегося на портрет Великого царя, и посетителей Кунсткамеры, со слезами целующих полтавскую шляпу Петра, или прочесть анекдот о Петре, будто бы готовом отдать Ришелье половину страны за науку управлять второй половиной.
Мейендорф Александр, барон. О промышленности в России // Московский телеграф. 1833. Ч. 51. № 10. Май. С. 182.
Лазарев Илья. Смесь. Письмо к издателю. Нечто о Марфе Посаднице и вечевом Новгородском колоколе // Московский телеграф. 1833. Ч. 52. № 15. Август. С. 450−451.
Изъяснение картинки // Московский телеграф. 1833. Ч. 50. № 8. Апрель. С. 594.
В этнографических текстах появляются ремарки о забытом плане Петра по завоеванию Китая или о том, что Петр воспринимал Россию как часть света. Таким образом, «Московский телеграф» больше всего акцентируется на литературно-критических и научно-популярных трактовках образа царя-реформатора.
Н. П. Якутск и область его // Московский телеграф. 1833. Ч. 52. № 14. Июль. С. 227.
Путешествие в Березов и Обдорск // Московский телеграф. 1833. Ч. 52. № 13. Июль. С. 80.
«Современник»
«Многие помнят, что первый номер пушкинского „Современника” открылся пушкинскими строками, посвященными Петру Первому. Так почему же у „Современника” меньше всего текстов, связанных с образом Петра Великого?»
Сонина Е. С., автор курса, кандидат филологических наук, доцент
Пушкин А. С./. Пир Петра Первого // Современник. 1836. Т. I. С. 1–3.
Дело не только в небольшом, по сравнению с другими журналами, количеством прижизненных выпусков. Петровская тематика не может быть не связана с постепенно изменившимся отношением Пушкина к Петру, осознанием невозможности опубликования правдивой «Истории» и, среди прочего, пушкинским несоответствием образу жизни кабинетного ученого.
Если в 1827 г. Пушкин в Михайловском говорил: «Я непременно напишу историю Петра I», в 1831 г. рассчитывал: «Могу со временем исполнить давнишнее мое желание написать Историю Петра Великого и его наследников до Государя Петра III», то в конце жизни он понимал, «что историю Петра пока нельзя писать, то есть ее не позволят печатать». Историю постепенного прихода пушкинского «давнишнего желания написать историю Петра» к пушкинскому же осознанию «убийственности» и невыполнимости этой работы обстоятельно проследил В. С. Листов. Тематику же журнала не мог не определять его издатель.
Вульф А. Н. Любовные похождения и военные походы. Дневник 1827−1842 годов. Тверь, 1999. С. 29.
А. С. Пушкин — А. Х. Бенкендорфу // Пушкин А. С. Полное собрание сочинений в 19 т. Т. XIV / общ. ред. Н. В. Измайлов. М., 1996. С. 256.
Никитенко А. В. Дневник: в 3-х тт. Т. III. 1866−1877. М., 1955. C. 193 (запись сделана А. В. Никитенко по впечатлениям вечера у П. А. Плетнева 20 января 1837 г.).
Листов В. С. «Клио против Эвтерпы» // Листов В. С. Новое о Пушкине. История, литература, зодчество и другие искусства в творчестве поэта. М., 2000/. С. 391−421.
Количественно приоритетен в «Современнике» блок «Образ Петра I как основа для текста», который связан вовсе не с Пушкиным. Это публикации барона Е. Ф. Розена, князя В. Ф. Одоевского и князя П. Б. Козловского.
Розен сквозь призму сугубо литературной темы о рифме размышляет об отторжении русского образованного общества «могучим гением Петра» от народного быта и приобщении к европейскому образованию, а также характеризует М. В. Ломоносова «Петром нашей словесности».
В разборе парижского математического ежегодника князь Козловский во всем старается найти прикладной смысл, пригодный россиянам. Говоря про таблицы о повышении морских вод, он надеется, «что стараниями наших ученых прекрасный город, Петром Великим воздвигнутый, не будет всегда жить в темном неведении о эпохе наводнения и даже о правдоподобной высоте оного», а статистика территориального роста Парижа завершается неожиданным образом:
Барон Розен. О рифме // Современник. 1836. Т. I. С. 148−149.
Барон Розен. О рифме // Современник. 1836. Т. I. С. 148−149.
Взглянуть на сию картину трудного и медленного возрастания баловня веков и на одностолетний Петербург, по нашему мнению, есть самое лучшее средство, дабы постигнуть в единый миг все величие духа Петра Великого и могущество Его народа
Князь Козловский. Разбор Парижского математического ежегодника на 1836 г.// Современник. 1836. Т. I. С. 254, 257.
Князь Одоевский, говоря о поверхностном и подражательном характере русской критики, пытается защищать слишком еще неукоренившееся, с его точки зрения, просвещение:
«…Просвещение! Как будто это юное растение, посаженное мудрой десницей Петра и доныне с такими усилиями поддерживаемое правительством и — извините — одним правительством, как будто оно достигло уже полного развития»
Одоевский В. Ф., князь, русский писатель и мыслитель эпохи романтизма

С.Ф. /Кн. В. Ф. Одоевский/. О вражде к просвещению, замечаемой в новейшей литературе // Современник. 1836. Т. II. С. 210.
По поводу исторического блока о Петре можно привести только два примера из «Современника».
Первый пример — это четыре анекдота о Петре Великом, вставленные Пушкиным в Table-talk. Три высказывания императора о людях и поступках характеризуют личность Петра; реплика Екатерины II «почти всегда открывается, что предполагаемое дело было уже им обдумано», демонстрирует беспредельный размах петровских планов по преобразованию России. Легкие, не перегруженные фактами сюжеты помогали Пушкину показать русскую повседневность «как уникальное явление со своим культурным героем. Так русская история, жизненный уклад начинали восприниматься как мифопорождающие».
Анекдоты. VIII // Современник. 1836. Т. III. С. 190.
Юхнова И. С. Table-talk в контексте творчества Пушкина 1830-х годов // Филология и культура. Philology and culture. 2018. № 4 (54). С. 280.
Во втором примере Пушкин полемизирует с В. Б. Броневским по поводу «Истории пугачевского бунта», очень тщательно (тут мы ясно видим лабораторию Пушкина-историка) рассказывая, с какими документами знакомился, что читал, где бывал, кого из очевидцев расспрашивал и чем перепроверял их воспоминания. Ответ выстроен по схеме «критическое замечание — объяснение». Пушкин сначала не собирался оправдываться перед дилетантизмом критики «поверхностного рассказчика или переписчика», хотя и признал верными замечания по одной ошибке и трем опечаткам.
Александр Пушкин — Д. Н. Бантышу-Каменскому // Пушкин А. С. Полное собрание сочинений в 19-ти тт. Т. XVI / общ. ред. Д. Д. Благой. Переписка 1835−1837 гг. М., 1997. С. 8.
Но изменить решение спустя почти полтора г. его заставил появившийся в разгар полемики вокруг «Современника» уничижительный отзыв об «Истории» Булгарина, в котором говорилось, что «История Пугачевского бунта» «поколебалась в своем основании от одного замечания покойного Броневского»
Пушкин в прижизненной критике. 1834–1837. Книга 4-я/под общ. ред. Е.О. Ларионовой. СПб., 2008. С. 400.
И вот в полемике с Броневским/Булгариным Пушкин частично показывает свое цензурное отношение к Петру Великому: никаких оценочных высказываний, никаких малораспространенных фактов не приводится. Петр справедливо требует «возвращения беглецов и наказания их предводителя», возвращается из Вены не в Венецию, а в Москву и т. д.
А. П. Об истории Пугачевского бунта (разбор статьи, напечатанной в «Сыне Отечества» в январе 1835 г.) // Современник. 1836. Т. III. С. 113, 127.
В целом можно сказать, что «Современник» постоянно актуализирует память о Петре, т. е. не просто рассказывает, как жилось в ту эпоху. «Современник» смотрит, как наследие Петра преломляется именно в современном дне
Неслучайно, например, А. И. Тургенев сопоставляет, казалось бы, несопоставимые понятия и имена: «Энциклопедический взгляд не мешает специальности, и с тех пор, как я справляюсь об успехах машин и о газе, я лучше сужу о Лудвиге XIV и о Петре Великом».
Париж (хроника русского) // Современник. Современник. 1836. Т. I. С. 264.
Посмотрев на эти трактовки образа Петра в трех журналах, можно сказать, что профессор Московского императорского университета И. М. Снегирев, чье высказывание стало заголовком, абсолютно прав. Три историографа и три их журнала действовали именно так, как описал их профессор: «Всякий из них представит особенное, рассматривая сего героя с разных сторон».
Комментарий к письму А. С. Пушкина М. П. Погодину // Пушкин А. С. Письма. 1831−1833 / под ред. и с примеч. Л. Б. Модзалевского. М.; Л., Academia, 1935. Т. III. С. 566.
В сопоставлении способов подачи образа Петра Великого в журналах петровских историографов вырисовываются несколько подходов:
1
Эмоциональный с акцентом на патриотизм («Отечественные записки»)
2
Рациональный с упором на науку («Московский телеграф»)
3
Художественно-публицистический с актуализацией прошедшей эпохи («Современник»)
Вполне вероятно, что три истории Петра, созданные П. П. Свиньиным, Н. А. Полевым и А. С. Пушкиным, тоже давали бы читателю разные аспекты жизни царя-реформатора, как это делали их журналы. Но история рассудила иначе, и работа над тремя историями в основном затерялась на журнальных страницах.
Это название журнала, который издавался в типографии Академии наук в Санкт-Петербурге бароном Теодором Анри де Чуди.
1802 г.
1803 г.
1812 г.
1814 г.
1820 г.
1825 г.
1811 г.
Действие этого лонгрида начинается в 1813 г. и продолжается до 1837 г.
Действие этого лонгрида начинается в 1813 г.
и продолжается до 1837 г.
1826 г.
1830 г.
1837 г.
1840 г.
1855 г.
1813 г.
Находясь на сайте, вы даете согласие на обработку файлов cookie. Это необходимо для более стабильной работы сайта
OK