Славянофилы в карикатурах

«Исследованием этой необычной темы занимались Ольга Назаркина и Дмитрий Бадалян. Взглянем на самые интересные карикатуры, посвященные славянофилам»
Сонина Е. С., автор курса, кандидат филологических наук, доцент
Образ основателя славянофильства, Алексея Сергеевича Хомякова, представлен на карикатуре «Искры» почти с портретной достоверностью. Хомяков в лаборатории, где в ретортах варится «Дух девственной допетровской Руси, не испорченной развращенным Западом» и «Московское сердце России», раздает наставления своим ученикам. Стремление славянофилов (первым это сделал Константин Аксаков) носить русскую народную одежду было не только ограничено распоряжениями властей, но и высмеяно в журналистике. Например, на вопрос сотрудника, почему редактор не может принять его сейчас, последний отвечает: «Да потому, что у меня сидят две важные особы, а вы в таком платье, в котором можно только ходить в Москве, а не в Петербурге».

Принимая вас, милые дети, в заведение Любителей русского слова // Искра. 1860. № 33. С. 345
Гудок. 1862. № 14.
Э. А. Дмитриев-Мамонов объяснял, зачем славянофилы поступали так:
«Многие из них одевались по-русски, но не потому, что подозревали они в русском покрое магическую силу, не потому даже, что считали его особенно изящным или удобным; но как рыцари, выходящие на защиту своих красавиц, облекаются в их цвета, и отчасти для заявления своего протеста против духа моды»
Дмитриев-Мамонов Э. А., русский художник-портретист
Дмитриев-Мамонов Э. А. Славянофилы. Историко-критический очерк (По поводу статьи г-на Пыпина) // Русский архив. 1873. Кн. 2. Ст. 2494–2495.
Современная исследовательница Наталия Мазур считает, что «„переодевание”, которое для самих славянофилов было „перевоплощением”, зрителями нередко воспринималось как маскарад», и выделяет три типа восприятия такого поведения славянофилов:
Мазур Н. Н. Дело о бороде. Из архива Хомякова: письмо о запрещении носить бороду и русское платье // Новое литературное обозрение. 1993–1994. № 6. С. 128.
Светское общество воспринимало русское платье и бороду «как „неприличные”, противоречащие сословному этикету»
Власть видела «в бороде подражание французским демократам: а в крестьянском платье на плечах дворян — угрозу сословным границам», толкуя это «знаками скрытой революционности»
Просвещенные люди понимали несоответствие «русского платья немецкой философии, чье определяющее влияние на славянофильский дискурс было очевидным»
Странно, но прямое противостояние славянофилов с западниками редко встречается в сатирической графике. Самым ярким примером стал диптих тифлисского журнала «Гусли», где западный дух (Иван Тургенев) и восточный дух (Иван Аксаков) вступают в словесную битву за выбор пути (душу?) русского мужика, а тот выбирает третий вариант: «Хлебнув, я лягу под сосну / И здесь до солнышка сосну».
Чемоданов М. М. Витязь на распутье // Гусли. 1881. 13 декабря. С. 5.
Чемоданов М. М. Витязь на распутье // Гусли. 1881. 13 декабря. С. 5
Есть и художественный отклик на газету «Современные известия», где ее редактор Н. П. Гиляров-Платонов возглавляет шествие своих читателей-овец. Соль карикатуры объясняется тем, что газета кабинетного ученого была предназначена для московского малообразованного читателя. Владимир Гиляровский откликнулся на эту газету в знаменитых очерках «Москва газетная».

Я всегда впереди своего лагеря // Маляр. 1874. № 48
Я всегда впереди своего лагеря // Маляр. 1874. № 48.
Больше всего художники обращали внимание на творчество Ивана Сергеевича Аксакова. Это прежде всего объясняется удивительным влиянием И. С. Аксакова в русском обществе (при далеко не самом высоком тираже его газет) — ведь карикатуристы изображают только, как правило, хорошо узнаваемых в стране людей. П. И. Бартенев писал про него: «Аксаков был кремлевский колокол, призывной, всполошной. Это общественная, даже и государственная совесть русского народа»; а Е. Л. Марков добавлял:
К таким исполненным внутренней правды и внутренней силы голосам прислушиваются поневоле, хочешь или не хочешь, нравится или не нравится. Такие голоса роковым образом и вопреки всему становятся влиятельными участниками общего дела. С ними приходится считаться всякому, врагам и друзьям
Цит. по: Бадалян Д. А. «Колокол призывный»: Иван Аксаков в русской журналистике конца 1870-х — первой половине 1880-х годов. СПб., 2016. С. 121.
Кроме того, большое число карикатур на Аксакова могло быть связано с тем, что он оказался хранителем и реформатором славянофильского наследия, последним крупным представителем этого направления русской общественной мысли. Да и визуальное искусство русской журналистики больше будет развито в 1860–1880-х, чем в 1840-х гг. Еще в 1829 г., т. е. до зарождения славянофильских и западнических кружков, в дневнике М. П. Погодина — историка славянолюбского толка — встречается комментарий в адрес одного из старших славянофилов — С. Т. Аксакова: «Петр прорубил окошко, а Аксаков его заколотит».
Барсуков Н. П. Жизнь и труды М. П. Погодина: в 22 тт. СПб., 1889. Кн. 2. С. 315.
Воззрения славянофилов не вели, конечно, к тактике полного отказа от европейских контактов, но идея «возвращения домой» и, следовательно, закрытия «окна» ассоциировалась с Иваном Аксаковым. В 1861 г. карикатурист Н. А. Степанов покажет славянофила И. Аксакова заставляющим подоконник русскими фигурками, которые предварительно окроплены квасом, а западник М. Н. Катков сжимает молнии выговоров и замечаний.
Степанов Н. А. Журнальные олимпийцы // Искра. 1861. № 46. 1 дек. С. 669.
Степанов Н. А. Журнальные олимпийцы // Искра. 1861. №. 46. 1 дек. С. 669
Через 54 года художник В. И. Порфирьев изобразит Аксакова в образе пожилой женщины, вяжущей бесконечный чулок с надписью «Газета „Китай”» (аллюзия на аксаковскую газету «Русь»), с квасом, женщиной в клетке (идеи Домостроя) и собором в окне. А вот дверь в Европу плотно заколочена. Еще одной сатирической реминисценцией окна в Европу стало зеркало, в котором отражается издатель «Руси» в китайском халате и русскими кистенями. Для непонятливых картина дополняется перечеркнутой картой Европы. Мотив возвращения домой встречается в целом ряде карикатур на Ивана Аксакова; в них меняется лишь рисунок, а подписи часто идентичны: «Домой! К маме! К маме»; «Не пора ли нам, ребятушки, домой?»; «Домой! Домой!» и т. д.
Порфирьев В. И. Что ты, бабушка // Осколки. 1883. 22 янв. №  4. С. 1.
Пастернак Л. О. Зеркало // Пчелка. 1884. № 24. С. 1.
Порфирьев В. И. Провал старого года в Лету // Осколки. 1882. № 1. С. 8; Чемоданов М. М. Русские песни // Зритель. 1883. № 4. С. 5; Чемоданов М. М. Домой! Домой! // Гусли. 1881. 27 дек. С. 8.
«Выделю рисунок в фельетонном словаре В. О. Михневича, где Аксаков в непропорционально малом росте, как младенец, тянет за подол статную женщину — Россию. Россия смотрит в сторону пограничного столба „в Европу”; в небесах рядом с профилем России парит силуэт Медного всадника. Аллюзия на европейский путь (и окно в Европу) безусловна; хорошо визуально выражена и позиция публициста — уйти с европейского пути»
Сонина Е. С., автор курса, кандидат филологических наук, доцент
Б/п. Мама! Домой! Домой! // Михневич В. О. Наши знакомые: Фельетонный словарь. СПб., 1884.
Карикатуристы часто связывали аксаковские выступления и тему рисунка. Например, мужчина в русском костюме, похожий на Аксакова, держит вымпел «1 сентября» и протестует против прихода женской фигуры с головой в виде часов и платьем с надписью «1 января». По подписи мы понимаем, что мужчина — это газета «День», помнящий начало нового года по старому обычаю, а женщина — наступление нового года по петровскому указу 1699 г. «День» изгоняет январский новый год со словами «Исчезни, самозванец, порождение Запада — ложь!». В передовой статье «Дня» Аксаков, высказав взгляды на перемену летоисчисления, и дал повод карикатуристу посмеяться:
«День» не признает 1-е января // Искра. 1862. № 1. С. 3.
Ровно сто шестьдесят три года минуло с того первого января, когда при барабанном бое и пушечном громе возвещено было, по указу Царского Величества, изумленному Русскому люду — начало нового лета и нового летоисчисления. При этом, под страхом казни, наложен был запрет на тот древний порядок церковного счисления, которого почти семь веков сряду держалась Русь. И наступило новое летоисчисление, новое во всех смыслах
День. 1864. 11 января. № 2. С. 1.
По мнению карикатуристов, Иван Аксаков постоянно пытается нарядить в сарафан героев карикатур. Это и Россия, и наступивший год, и барышня, одетая по французской моде, при этом он сам чаще всего изображается в подпоясанной рубахе навыпуск, широких штанах и сапогах. О. И. Назаркина считает, что «карикатуры часто были необъективны. Так, например, упорное изображение И. С. Аксакова в старорусском костюме совсем не соответствовало действительности».
Степанов Н. А. Встреча России, переступившей тысячелетие // Искра. 1862. №  7. С. 95.
Чемоданов М. М. // Русский сатирический листок. 1883. № 10.
Назаркина О. И. Образ славянофила в русской журнальной карикатуре второй половины XIX века // Газетная и журнальная иллюстрация. К 30-летию Музея печати. СПб., 2014. С. 129.
Правда, как-то А. Лебедев изобразил Аксакова уже не в лаптях или поддевке, а в форме русского богатыря — защитника всех славянских народов с кольчугой, щитом, секирой. Остроту добавляет подпись — пародия В. С. Курочкина (перепев пушкинских строк):
Если «День» тебя обманет,
Не печалься, не сердись.
С «Днем» ненастным примирись,
«День» хороший, верь, настанет
Лебедев А. Карикатурный альбом современных русских деятелей. СПб., 1878.
Любимый напиток Аксакова на множестве карикатур — квас, при этом иногда квасная кружка утрированно дополняется гармошкой и танцем вприсядку. В карикатурах лапти и жбан для кваса служат для Аксакова признаком «спасительной самобытности» и вызывают слезы умиления. Подобные восторги по поводу прошлого, как кажется часто упражняющемуся в остроумии на славянофильский счет Михаилу Чемоданову, дурно пахнут, и мимо редакции «Руси» надо проходить, зажав нос. Примерно тот же примитивный подтекст есть на рисунке, изображающем стоячее болото, где листья гниющих кувшинок подписаны названием газеты «Русь». Да и изображение «Руси» в виде рака говорит об отжившем, застойном характере газеты.
Порфирьев В. И. Из нашей геральдики. Герб болярина Баскакова // Осколки. 1882. №  17. 24 апреля. С. 1.
Иллюстрированные пословицы. Стоячее болото гниет // Осколки. 1882. № 3. С. 7.
Ergo. Борьба за существование (по Дарвину) // Осколки. 1883. № 2. С. 1.
Будильник. 1867. № 45
Чемоданов М. М. Представители печати на выставке // Стрекоза. 1882. № 32. С. 5.
Чемоданов М. М. Проходи мимо! // Гусли. 1882. № 10. 7 марта. С. 13.
Политические взгляды Ивана Аксакова трудно жестко причислить к одной из ведущих идеологий; в его высказываниях можно найти как либеральные, так и консервативные позиции. Может быть, поэтому карикатуристы изображают тесную дружбу Ивана Аксакова с лидером консервативной журналистики Михаилом Катковым. Встречаются и тройственные союзы: Аксаков — Катков — Суворин, Аксаков — Катков — Мещерский; и двойственные: Аксаков — Суворин.
Степанов Н. А. Журнальные олимпийцы // Искра. 1861. № 46. 1 дек. С. 669, 670; Эге! сам с подносом пройду // Искра. 1865. № 2. С. 20; Новейшие «сиамские близнецы» // Будильник. 1881. № 16; Наша выставка птицеводства. Попугаи // Будильник. 1881. № 17.
Чемоданов М. М. На то и щука в море, чтобы карась не дремал // Гусли. 1882. №  5. 31 января. С. 12.
Чемоданов М. М. Не плюй в колодец — придется напиться // Гусли. 1882. № 22. 30 мая. С. 4–5.
Литературная тройка // Осколки. 1882. № 15. 10 апреля. С. 1.
А. С. Суворин издавал газету «Новое время», В. П. Мещерский — газету-журнал «Гражданин». Но художники преувеличивали: взгляды этих издателей мало совпадали, а с мая 1882 г. (дискуссия о Земском соборе) и февраля 1884 г. (вопрос о пересмотре судебных уставов) Аксаков вступил в серьезную полемику с консервативной прессой.
«Карикатуристы либо были не в состоянии понять философские тексты изданий Аксакова, либо, не желая утруждать читателей и зрителей глубинными трактовками пересказа, часто обвиняли газеты Аксакова в пустоте и непонятности»
Сонина Е. С., автор курса, кандидат филологических наук, доцент
Летом 1865 г. Иван Аксаков отправился с сестрой Софьей в путешествие по Волге через Крым в Киев. Во время дороги Аксаков много размышлял — в том числе и о судьбе «Дня», задуманного как хранилище памяти славянофилов. Впечатления от путешествия были глубоки и разнообразны: «И любишь Русь — и невольно спрашиваешь себя: за что ее любишь?». Но карикатуристы свели это погружение в русскую действительность всего лишь на тот уровень, что редактор «освежает и восстановляет уставшие силы», а корреспонденты готовят к печати грезы и сновидения.
Закат «Дня» на два месяца // Искра. 1865. № 24.
Массовая карикатура часто приходит к примитивной трактовке явлений, и потому, например, на одном из сатирических рисунков утверждалось, что «иной раз день так темен, что зги не видать»; а на другом по партитуре «Руси» Аксаков поет арию «Есть речи — значенье темно иль ничтожно». Ну, а ругань извозчика «Ах ты, немчура поганая, колбасник гороховый» якобы воспринимается Аксаковым признаком того, что «„Русь” пустила здоровые корни даже среди простого народа: извозчики и те считают необходимым отрешиться от западничества и прогнать все, мешающее средостению и самобытности».

Чемоданов М. М. Извозчик ругает немца // Будильник. 1883. № 5
Искра. 1862. № 7. С. 94.
Литературный концерт // Фаланга. 1881. № 33.
Чемоданов М. М. Извозчик ругает немца // Будильник. 1883. №  5.
Изредка карикатура на первый взгляд кажется не похожей на карикатуру. Журнал «Стрекоза», дав изображение карты Российской империи, пояснительной подписью подтрунил над началом выхода газеты Ивана Аксакова «Русь»: «Первый вышедший номер Аксаковской „Руси” дарит своих читателей новым всеспасительным проектом. Лапласовская „система мира” переносится г. Аксаковым в уездные границы и рекомендуется зрелище небывалого государственного строя, состоящего из соединенных уездных штатов: Ветлугии, Чухломии, Кобелякии, Стерлитомакии». На схематичном очертании границ видны земли Суздальских живописцев, Московии, Кавказии и т. д. Таким образом юмористический журнал, припомнив «Изложение системы мира» П.-С. Лапласа 1796 г., отреагировал на первую передовую статью газеты, всегда воспринимаемую как „profession de foi”, т. е. обозначение своих главных позиций и принципов.

Стрекоза. 1881. 18 янв. № 3. С. 4
Чемоданов М. М. Представители печати на выставке // Стрекоза. 1882. №  32. С. 5.
Аксаков обращался к потенциальным читателям, ставя во главу угла деятельности новой газеты обустройство уездного самоуправления:
Вся беда современной уездной безурядицы и земскаго бессилия кроется в недостатке цельной системы уездного самоуправления, системы, в которой бы все отдельные органические части и нововводимые учреждения были объединены и согласованы
Москва, 15 ноября // Русь. 1880. № 1. 15 ноября. С. 5.
Первый номер «Руси» вдохновил, кроме «Стрекозы», еще и «Зрителя». Многоцветная карикатура показывает Аксакова (портретное сходство очевидно), одетого совершенно нелепо: поддевка и холщовые штаны, заправленные в лапти, сверху фрак с фалдами, на голове — цилиндр. В таком несуразном виде публицист вещает перед толпой изумленных мужиков на чуждом им языке:
Мы теперь, ребята, более или менее в состоянии ищущих. Нет у нас ни устоя, ни средостения… Не искать же их на гнилом Западе, где красуются флаги чуждых нам доктрин, ведущих к роковому распутью… Уразумели?
Чехов Н. П. Не то западник из народа, не то русский мужик с Запада // Зритель. 1881. № 4. С. 1.
Старший брат знаменитого писателя, художник Николай Чехов дословно использовал цитаты из передовой статьи «Руси», удачно обыграв их:
Зритель. 1881. № 4. С. 1
Русь. 1880. № 1. 15 ноября. С. 1−6
Мы теперь, ребята, более или менее в состоянии ищущих
С. 1. Мы теперь более или менее все (т. е. так называемая интеллигенция) в положении «себя ищущих»
Нет у нас ни устоя, ни средостения…
С. 2. Да укажите же нам те исторические стропила (если уж держаться архитектурных сравнений), на которые бы можно было упереться, на капитальные учреждения, которые успели бы обзавестись сильным, добрым преданием, которые, во всеобщем сознании, пользовались бы безусловным авторитетом, доверием и любовью народа?
Не искать же их на гнилом Западе, где красуются флаги чуждых нам доктрин, ведущих к роковому распутью…


С. 1. Хотя на большей части «органов общественного мнения» и продолжают еще красоваться флаги разнообразных чуждых доктрин, но они уже не развеваются гордо и самонадеянно, как бывало, а как-то пристыженно висят и мотаются, оборванные, обтрепанные пыльным вихрем событий
Уразумели?
С. 6. Неужели не уразумеем, что строят здание не сверху, а снизу вверх; что решая задачу самоуправления для уезда, решаем ее для губернии, а решая для губернии, хотя бы только въ Области сознания, потрудимся для всего нашего будущего государственного и общественного строя?
1840 г.
1850 г.
1858 г.
1860 г.
1870 г.
1894 г.
1855 г.
Действие этого лонгрида начинается в 1840 г. и продолжается до 1880 г.
Действие этого лонгрида начинается в 1840 г. и продолжается до 1880 г.
Присоединяйтесь к чату курса!
С использованием гранта Министерства просвещения Российской Федерации
С использованием гранта Министерства просвещения Российской Федерации
Находясь на сайте, вы даете согласие на обработку файлов cookie. Это необходимо для более стабильной работы сайта
OK